ФЭНДОМ


Docts2 cr.png

Оплот в горах


С наступлением Эры Прайма докты по сути первыми очертили границы нового государства. То, что официально Империя Доктов была провозглашена уже после становления суверенного Королевства Адорния на юге, – лишь сухая хронология официальных летописей.

Северная провинция Лафитской Империи располагалась в гористой местности, богатой на природные ресурсы. Здесь были развиты ремёсла, образовывались мануфактуры, создавались школы для передачи накопленных знаний. В последние годы Император, активно покровительствовавший науке, открыл здесь несколько исследовательских лабораторий. Одна из них, обсерватория «Докта», расположенная высоко в горах, и стала для людей на севере новым оплотом в первые дни хаоса.

Наместник Северной провинции Леонард прибыл туда одним из первых – цитадель в горах казалась самым надёжным пристанищем от внезапного заполнения земель праймом. Однако по пути он пережил ужасную трагедию: при переправе через реку его жена не удержалась на лошади, упала в вязкую субстанцию прайма, заполонившую русло реки, и умерла от отравления. Потеря жены потрясла наместника. Всю оставшуюся дорогу он размышлял о беззащитности человека перед разгулом новой стихии – покорить её казалось ему теперь единственным, хоть и недосягаемым, смыслом существования.

Но по прибытии в обсерваторию Леонард воспрял духом. То, что в это ужасное время именно храм науки служит укрытием ему, его сыновьям и его народу, показалось ему перстом самой судьбы, указывающий направление к его новой цели.

Действительно, во всеобщем беспорядке и ужасе помочь могли только факты, а не эмоции. Беспристрастная наука, отстранённая от конкретных человеческих судеб, в этой ситуации как минимум могла дать новый ход мыслей – для ума и новое стремление к идее – для души. Неспокойные времена требуют уверенного фундамента, а научные знания во всём этом хаосе могли стать опорой столь же крепкой, как сама цитадель обсерватории посреди разгула новой стихии. К тому же, всего несколько лет назад одной из главных задач Империи было провозглашено развитие научной мысли. Возвращение к национальным ценностям сможет укрепить единство духа людей и не дать обществу распасться в период хаоса.

В тот же вечер наместник выступил с речью ко всем, кто находился на тот момент в обсерватории. Прозвучал призыв бросить все силы на изучение новой субстанции, её свойств, способов влияния на живую и неживую материю и поиск противоядия. Те, кому недоставало базы знаний или живости ума для научной работы, должны были беспрекословно обеспечивать все бытовые стороны этой “общественной мысли”. “В это страшное время мы должны обратиться к тому, кто мы есть и что мы можем противопоставить стихии. А это – живой пытливый ум и тяга к новым знаниям гражданина Империи”, –закончил свою речь наместник Леонард.

caption

Так с первых дней Эры Прайма люди науки стали высшей кастой нового общества. Когда горная обсерватория перестала вмещать в себя всех беженцев, внутрь её стен стали пропускать только тех, кто был способен принести ощутимый вклад в научные исследования – называя их по имени обсерватории “доктами”. Изучение прайма ради спасения многих жизней было важнее, чем сбой в его исследованиях ради спасения единиц – такой непреклонной логике было подчинено всё устройство нового сообщества, и никто не смел её оспаривать. В том числе за пределами обсерватории: во временном посёлке, разбитым у её стен, а постепенно - и в других местах провинции, ставших пристанищем для переживших Катаклизм. И все ждали Научного Слова, результатов первых исследований прайма, которые должны были показать, как им жить дальше в изменившемся мире.

Первые выводы


caption

Учёные принесли две новости – “плохую и хорошую”, с разницей в несколько месяцев. В первую очередь по приказу наместника они изучали степень опасности прайма для людей. И вынесли следующее заключение: эффект воздействия праймом на живой организм предсказать невозможно, а противоядия не существует. И хотя отравление праймом не заразно, последствия такого воздействия могут быть опасными для общества – именно за счёт своей непредсказуемости.

Этот беспристрастный вердикт учёных повлёк за собой много волнений. Люди начали с опаской смотреть на своих соотечественников, подвергшихся воздействию прайма, а те не могли не чувствовать их враждебности. Начали вспыхивать конфликты и драки, в результате этих волнений все, кто подвергся воздействию прайма, были объявлены опасными членами общества, и, при превышении допустимой нормы прайма в организме, выгонялись из поселений.

Такие жёсткие меры имели под собой чёткий научный базис: “единичные жертвы ради спасения многих”, – но не все внимали голосу логики. В особенности тяжело было донести о необходимости изоляции здоровых членов общества от отравленных праймом тем, кто имел собственные субъективные причины оспаривать научные выводы. Цифры формул говорили, что из-за климатических особенностей южной провинции доля прайма там должна быть крайне высокой, а значит, её жители – крайне опасны. Поэтому наместник приказал пресечь все коммуникации с соседней провинцией и её жителями, чтобы спасти своих собственных. Разумеется, в итоге это вылилось в большое количество жертв со стороны будущей Адорнии, но это были их проблемы.

Второе открытие учёных было объявлено через несколько месяцев – но эта хорошая новость принесла всем столько радостного воодушевления, что они затмили все неприятные волнения с чужаками.

Выяснилось, что воздействие прайма на неживую материю, в отличие от живой, напротив, подчиняется строгим закономерностям, и потому – может быть не только предсказано, но и запланировано. Прайм способен изменять свойства вещества на самых разных уровнях, поэтому создавая те или иные условия для материи во время воздействия праймом на материю, можно управлять её итоговой трансформацией.

А самое главное – теоретически сам по себе прайм является мощнейшим топливным ресурсом, открывающим абсолютно новые горизонты в механике и технологиях. Самые поверхностные опыты в этом направлении принесли невероятные результаты. При тщательном изучении и правильном подходе прайм сможет заменить все известные виды топлива, при этом многократно увеличивая его эффективность.

caption

Это было поистине революционное открытие! Теперь предстояло досконально выявить все закономерности, учесть все нюансы и прописать все законы работы с праймом. И пусть пласт работ предстоял огромный, столь же колоссальной обещала быть награда – новые технологии, позволяющие не только смириться с утратой старого мира, но и поднять людей на новую высоту!

Леонард ликовал. Такой победы над праймом – заставить опасную субстанцию работать на людей – он не видел в самых дерзких своих снах. Ликовали и остальные жители и громко выражали свою любовь и преданность лидеру, который сумел провести свой народ через времена хаоса и отчаяния к надежде на возрождение. И это возможное возрождение окончательно укрепило науку и её методы в самом центре системы ценностей зарождающегося государства.

Спустя чуть больше года после Катаклизма связь между провинциями была возобновлена, но прежние соседские узы в новом мире, мире прайма, явно восстановлению не подлежали. Обе территории провозгласили собственную независимость. А когда на юге было официально провозглашено новое государство – суверенное королевство Адорния — жители северных земель в ответ подтвердили свою приверженность старым политическим и социальным ценностям Империи. Её наследие они решили отразить и в имени нового государства, назвав себя Империей Доктов, а Леонарда – первым императором нового государства.

Становление новой Империи


Чем глубже доктские учёные изучали прайм, тем больше перед ними вставало новых вопросов и тем для дальнейших исследований. Как предмет для изучения прайм может быть таким же бесконечным, как и таящаяся в нём мощь. Разумеется, число исследователей, лаборантов и испытателей тоже постоянно росло – привлекли всех, в ком были хотя бы какие-то способности к научному мышлению, раздав им фронт работ согласно возможностям.

caption

Изучение новой субстанции требовало дисциплины, последовательных методик и систематического подхода, и постепенно это подчинило себе все повседневные уклады. Способность принести свой вклад в науку стало главным определением «полезного» члена общества. Если ты тратишь свои и общественные ресурсы на такие «несерьёзные» дела, как музыка, литература и прочие гуманитарные дисциплины, если ты отвлекаешь других доктов от исследований, если не соблюдаешь установленные правила и дисциплину – тебе нет места в Империи.

В первые годы докты помимо всего прочего обстоятельно изучили токсичные и мутагенные свойства прайма и окончательно регламентировали порядок и допустимые дозы взаимодействия с ним. В результате в Империи начали несколько терпимее относиться к подвергшимся воздействию прайма – по крайней мере тем из них, чьи показатели были не выше установленных доктскими учёными норм.

А вот другой вердикт из числа самых первых – чрезвычайная опасность прайма для живого организма – остался изначальным. Докты до сих пор избегают всякого физического контакта с праймом, доведя за эти годы свои защитные костюмы до совершенства, и соблюдают тщательные меры предосторожности в любой работе с субстанцией.

Впрочем, такое осторожное отношение к прайму не умаляет полёта и размаха доктской инженерной мысли. Прайм открыл им немыслимые горизонты технических возможностей, которые в свою очередь дарят доктам всё новые способы взаимодействия с миром. Сделать весь мир технологически предсказуемым, понятным и удобным, как они когда-то смогли сделать с самим праймом – вот нынешняя цель доктов. Так что прайм для них выступает не только как крайне интересный объект для изучения, но и как основной инструмент для достижения уже новой цели. Изучая прайм, докты изучают физическое явление, но используя прайм, они покоряют внешний мир. И здесь тоже способны на многое.

Для оружия и военных машин докты используют другой подвид топлива: жемчужины прайма, синтезируемые искусственным путём в специальных шахтах. Жемчужины аккумулируют свойства прайма в меньшем объёме, но требуют больше затрат, чем разработка обычного месторождения прайма. Поэтому с чисто экономической точки зрения этот вид топлива не выгоден, а вот в условиях войны – бесценен.

Впрочем, в настоящий момент Империя Доктов находится в состоянии мира. Разумеется, стычки на пограничных землях случаются с регулярной переодичностью. Но пока это скорее забавы Лордов, а не серьёзные сражения.

И докты, и адорнийцы осознают, что им нужны новые месторождения прайма, и совсем скоро их придётся оспаривать друг у друга на нейтральных территориях. Однако после Битвы при Туманной Роще, ставшей первой кошмарной страницей в истории нового мира со времён самого Катаклизма, официально развязывать войну за прайм в настоящее время не торопится ни одна из сторон.

Docts-04.png

Обнаружено использование расширения AdBlock.


Викия — это свободный ресурс, который существует и развивается за счёт рекламы. Для блокирующих рекламу пользователей мы предоставляем модифицированную версию сайта.

Викия не будет доступна для последующих модификаций. Если вы желаете продолжать работать со страницей, то, пожалуйста, отключите расширение для блокировки рекламы.

Также на ФЭНДОМЕ

Случайная вики